КРАТОВА Наталья Васильевна — канд. ист. наук, доц., вед. науч. сотр. Отдела истории народов КЧР
369000, КЧР, г. Черкесск, ул. Горького, 1-а
Natalya V. KRATOVA, Cand. of Sci. (Hist.), associate professor; leading researcher of the Department of the History of the Peoples of the KChR
1a, Gorky Str., Cherkessk, KChR, 369000
Настоящая статья посвящена проблеме развития ислама на территории Карачаево-Черкесии в годы советской власти. На раннем этапе советской власти декларируемый атеизм не мешал большевикам использовать религиозный фактор для привлечения симпатий населения. Провозглашалась общность ислама и большевизма в отношении социального равенства и справедливости, некоторое время сохранялась система шариатского судопроизводства. По мере укрепления своих позиций большевики перестали нуждаться в союзниках, религиозная инфраструктура была уничтожена, а духовенство, в том числе исламское, подверглось репрессиям. Однако в условиях Великой Отечественной вой ны, когда возникла необходимость в формировании патриотических настроений, религия вновь заняла свое, пусть и ограниченное, место в общественной жизни. Именно здравая политика, проводимая региональными властями в отношении ислама в 1980-е годы, позволила успешно противостоять натиску религиозного экстремизма, обрушившегося на страну в постсоветский период, и выстроить практически с нуля религиозную инфраструктуру.
Based on a wide range of sources, this article shows the development of Islam on the territory of Karachay- Cherkessia during the Soviet period. In the fi rst years of Soviet power, the declared atheism did not prevent the Bolsheviks from using the religious factor to attract the sympathy of the population. The commonality of Islam and Bolshevism in relation to social equality and justice was declared, and the system of Shari‘a legal proceedings was preserved for some time. As their positions were strengthened, the Bolsheviks no longer needed allies, the religious infrastructure was destroyed, and the clergy, including the Islamic ones, were repressed. However, in the conditions of the Great Patriotic War, when the need arose for the formation of patriotic sentiments, religion again took its, albeit limited, place in public life. The sound policy pursued by the regional authorities with regard to Islam in the 1980s made it possible to successfully resist the onslaught of religious extremism that hit the country in the post- Soviet period and build a religious infrastructure practically from scratch.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.