В статье на основании сравнительного анализа двух разных вариантов этнографического очерка О. Л. Вильчевского о мукринских курдах поднимается вопрос о влиянии политики на полноту научных публикаций. Поводом к написанию настоящей работы послужили архивные исследования, в ходе которых было установлено, что помимо опубликованного в 1958 г. очерка «Мукринские курды», существует и более ранняя его версия — машинопись «Мукринский Курдистан», датированная 1955 г. и находящаяся на хранении в Научном архиве Музея антропологии и этнографии Российской академии наук. В основе этих работ Вильчевского — материалы, собранные им во время кратковременных командировок в район Мукринского Курдистана, куда военное ведомство направляло его в качестве эксперта по курдскому вопросу в период с 1942 по 1946 г. Как показал сравнительный анализ текстов машинописного варианта и опубликованного очерка, в последнем отсутствует ряд ценных с точки зрения содержания фрагментов, своего рода тематических блоков, которые касались закрытых в то время тем. Так, из первоначального варианта текста были изъяты фрагменты, где говорились об определенных аспектах межконфессионального взаимодействия в Мукринском Курдистане (т. е. в Мехабаде), описания встреч Вильчевского с курдскими лидерами и активистами. В рамках проведенного исследования была также сделана попытка проанализировать проблемы с публикацией очерка, обусловленные участием О. Вильчевского как советского офицера в реализации внешнеполитических задач СССР на Ближнем Востоке в 1942–1954 гг. Автор «Мукринских курдов», несомненно, стремился к научной объективности, но в тексте очерка были сделаны существенные купюры — им самим или иными ответственными лицами из соображений политической целесообразности. Это позволяет поднять концептуальный вопрос о субъектности или автономности ученого, находящегося на службе у государства, — проблему, которая осталась не рассмотренной в известной работе Э. Саида о связи политики и науки в контексте исследований по Ближнему Востоку.