islamИслам в современном миреIslam in the modern world2074-15292618-7221Medina Publishing Ltd10.22311/2074-1529-2020-16-3-165-176islam-801Research ArticleИСЛАМ В ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ СТРАН И НАРОДОВISLAM IN RUSSIAN SOCIO-POLITICAL LIFE«Арабская весна» как фактор возникновения салафитских партий на Ближнем Востоке и в Северной АфрикеArab Spring as a Factor of Emergence of Salafi Parties in the Middle East and North AfricaХайруллинТ. Р.KhayrullinT. R.

ХАЙРУЛЛИН ТимурРадикович — канд. полит. наук, науч. сотр. Центра цивилизационных и региональных исследований, ст. преподаватель Департамента политологии

123001, Россия, г. Москва, ул. Спиридоновка, д. 30/1

125993, Россия, г. Москва, Ленинградский просп., д. 49

Timur R. KHAYRULLIN, Cand. Sci. (Polit.), researcher, Centre for Civilizational and Regional Studies, senior lecturer, Department of Political Sciences

30/1, Spiridonovka Str., Moscow, 123001

49, Leningradskiy Av., Moscow, 125993

jumglaw16@yandex.ruИнститут Африки РАН; Финансовый университет при правительстве РФРоссияInstitute for African Studies of Russian Academy of Sciences; Financial University under the Government of the Russian FederationRussian Federation202024102020163165176Copyright © Хайруллин Т.Р., 20202020Хайруллин Т.Р.Khayrullin T.R.This work is licensed under a Creative Commons Attribution 4.0 License.https://islamjournal.idmedina.ru/jour/article/view/801

Статья посвящена проблеме политизации салафизма. Консервативный салафитский исламизм в период событий «арабской весны» получил новое развитие. В частности, падение авторитарных режимов и начавшийся демократический процесс в странах Ближнего Востока и Северной Африки привели к тому, что салафитские движения стали создавать политические партии. Салафиты считали, что в условиях благоприятной политической конъюнктуры им удастся отстоять свой правовой статус и получить некоторые привилегии через участие в парламентских выборах. Однако создание партий привело к углублению разногласий внутри самих салафитских движений. В частности, салафиты разделились на тех, кто отстаивал совмещение проповеднической и политической деятельности, и тех, кто рассматривал участие в политической борьбе в качестве временной тактической акции. Итогом разногласий стало появление реформистского направления, рассматривающего участие в политике как инструмент для укрепления позиций салафитского движения.

The article is devoted to the analysis of Salafi Islamism. Conservative Salafi Islamism during the events of the Arab spring received a new development. In particular, the fall of authoritarian regimes and the beginning of the democratic process in the Middle East and North Africa led to the creation of Salafi political parties. The Salafi sts believed, that in a favorable political environment, they would be able to defend their legal status and gain some privileges through participating in parliamentary elections. However, the creation of parties has deepened internal divisions within the Salafi movements. In particular, there were supporters among the Salafi sts, who defended the combination of student and political activities against those who considered participation in the political struggle as a temporary tactical action. The result of the disagreement was the emergence of a reformist movement, that began to see participation in politics as a tool for strengthening the position of the Salafi st movement.

салафизм«арабская весна»исламизмСаудовская АравияАрабский регионSalafi smArab springIslamismSaudi ArabiaArab regioninstabilityReferencesНаумкин В. В. Исламский радикализм в зеркале новых концепций и подходов. М.: КомКнига, 2005. 64 с.Naumkin V. V. (2005). Islamskij radikalizm v zerkale novyh koncepcij i podhodov [Islamic Radicalism in the Mirror of New Concepts and Approaches]. Moscow. 64 p.Хайруллин Т. Р. Борьба за лидерство в арабском регионе: есть ли шанс для исламистов? М.: Институт Африки РАН, 2019. 214 с.Khayrullin T. R. (2019). Bor’ba za liderstvo v arabskom regione. Est’ li shans dlja islamistov? [The Struggle for leadership in the Arab region. Do Islamists have a Chance?]. Moscow: InstitutAfriki RAN. 214 p.Wiktorowicz Q. Anatomy of the Salafi movement // Studies in Confl ict & Terrorism. 2006. Vol. 29. № 3. Pp. 207–239.Wiktorowicz Q. (2006). Anatomy of the Salafi movement. Studies in Confl ict & Terrorism. 2006. Vol. 29. No. 3. Pp. 207–239.Васильев А. М., Хайруллин Т. Р., Коротаев А. В. Новый альянс в борьбе за лидерство в арабском регионе. Ч. 1 // Азия и Африка сегодня. 2019. № 10. С. 2–9.Vasil’ev A. M., Khayrullin T. R., Korotaev A. V. (2019). Novyj al’jans v bor’be za liderstvo v arabskom regione [A New Alliance in the Struggle for Leadership in the Arab Region]. Azia i Afrika segodnya. 2019. No. 10. Pp. 2–9.Исаев Л. М. Арабская весна и исламское государство // Неприкосновенный запас. Дебаты о политике и культуре. 2013. № 5. С. 199–215.Isaev L. M. (2013). Arabskaja vesna i islamskoe gosudarstvo [The Arab Spring and the Islamic State]. Neprikosnovennyj zapas. Debaty o politike i kul’ture 2013. No. 5. Pp. 199–215.Ketchley N. Egypt in a Time of Revolution: Contentious Politics and the Arab Spring. Cambridge: Cambridge University Press, 2017. xviii + 203 p.Ketchley N. (2017). Egypt in a Time of Revolution. Cambridge: Cambridge University Press. xviii + 203 p.Устюгова А. Г. Политические последствия «арабской весны» в странах Магриба: демократизация или исламизация? // Веснік Гродзенскага дзяржаўнага ўніверсітэта імя Янкі Купалы. Серыя 1: «Гісторыя і археалогія. Філасофія. Паліталогія». 2014. № 3. С. 29–41.Ustjugova A. G. (2014). Politicheskie posledstvij a «arabskoj vesny» v stranah magriba: demokratizacij a ili islamizacij a? [Political Consequences of the “Arab spring” in the Maghreb Countries: Democratization or Islamization?]. Vesnіk Grodzenskaga dzyarzhawnaga unіversіteta іmya Yankі Kupaly. Seryya 1: «Gіstoryya і arhealogіya. Fіlasofіya. Palіtalogіya». 2014. No. 3. Pp. 29–41.Masbah M. Morocco’s Salafi Ex- Jihadis: Co-optation, Engagement, and the Limits of Inclusion // Middle East Brief. 2017. No. 108. Pp. 1–8.Masbah M. (2017). Morocco’s Salafi Ex- Jihadis: Co-optation, Engagement, and the Limits of Inclusion. Middle East Brief. 2017. Vol. 108. Pp. 1–8.

The authors declare that there are no conflicts of interest present.